Проект остановлен. Ищем спонсоров и авторов! Писать на admin@digest.zone

В России

«Были сжатые сроки и мало денег, но все получалось»

«Были сжатые сроки и мало денег, но все получалось»

В Мещанском суде Москвы 15 ноября проходит 10-е заседание по делу «Седьмой студии». На прошлом допросили трех свидетелей, которые обналичивали деньги для театральной компании. Сегодня также допрашивают свидетелей. Если у суда хватит времени, то показания даст и режиссер Кирилл Серебренников — главный обвиняемый по делу.

11:45. Прокурор продолжает допрос.

— Техническое оборудование оставалось в «Седьмой студии»?

— Все, что мы покупали, было необходимо. Никому ничего не отдавалось.

— После «Платформы» куда было направлено оборудование?

— Часть переехала в «Гоголь-центр». Это световые и звуковые приборы, декорации, костюмы.

— Оно было продано или передано?

— Я не знаю.

— Расскажете про судьбу рояля?

— Прекрасно себя чувствует. Стоит в «Гоголь-центре».

— А какого он цвета? — спрашивает судья.

— Черного.

Судья улыбается.

Назаров говорит, что рояль часто использовался и к нему все бережно относились. Как уточняет Назаров, он все время вызывал настройщиков, потому что если рояль поднять даже на несколько ступенек, нужен настройщик. По словам Назарова, для настройщиков были разовые выплаты за сделанную работу.

У прокурора больше нет вопросов.

11:36. Назаров говорит, что на «Платформе» были «исполнительные продюсеры и был директор». Назаров называет Малобродского «исполнительным директором». Говорит, что потом его сменила Екатерина Воронова.

— Составлялись ли сметы?

— Первые сметы на мероприятия подготавливались техническим специалистов вместе с исполнительным директором. То есть с Малобродским или Вороновой. Также составлялись сметы, когда готовились декорации, составлялись договоры.

— Как работала «Платформа»: за наличные или по безналу?

— Крупные расходы — по безналичному расчету. Мелкие расходы — наличными. Я приходил в бухгалтерию, под расписку получал деньги, потом приносил чеки.

— Бухгалтерия кем заведовалась?

— Я чаще всего с Ларисой Войкиной общался.

— Откуда выдавались деньги?

— Был сейф.

— Вы в «Седьмой студии» работали с самого начала ее деятельности?

— Я пришел на готовый проект. Уже шли мероприятия. Был оборудован зал.

— В 2011 году вы были в проекте?

— Плохо помню. Я помню, что в конце года… На стыке… В январе, кажется.

— У кого вы еще деньги получали?

— У Масляевой, скорее всего. Войкина появилась не сразу. Отчитывался также. Была расписка, потом я приносил чеки. Я хочу уточнить, что если наличные расходы, то были мелкие суммы. Например, собрать декорацию.

— У нас сейчас речь не про мелкие суммы, — прерывает его судья.

— На техническую часть, сколько было потрачено денег? — спрашивает прокурор.

— Я не вел подсчет.

— Вы приглашали актеров?

— Нет.

— А были наемные актеры?

— Да. Было много приглашенных артистов.

— Как с ними расплачивались? — спрашивает судья.

— Не знаю, — говорит Назаров.

— Сколько вы вообще работает в этой сфере? — спрашивает судья.

— Лет 20.

— В другие театрах работали?

— Да.

— С вами всегда расплачивались только наличными?

— Когда как. Где-то наличными. Где-то на карту. Сейчас, в Большом театре, на карту. Но эта система появилась недавно. В 2014 году это было нормальным порядком вещей.

— Вас ничего не удивляло в «Седьмой студии»? — спрашивает судья.

— Удивляло, что были сжатые сроки, что было мало денег, но у нас все получалось, — отвечает Назаров.

11:23. Назаров говорит, что знает всех подсудимых. Говорит, что в 2011—2014 году не знал только Апфельбаум, Итина «видел несколько раз». По его словам, со всеми, кроме Апфельбаум, у него рабочие отношения. «Оснований оговаривать нет», — говорит Назаров.

Начинается допрос, вопросы задает прокурор Ларов.

— Работал техническим директором «Платформы», попал туда по приглашению Серебренникова после съемок фильма «Измена», — говорит Назаров.— Было собеседование, встречался с Серебренниковым и Малобродским. Я был официально трудоустроен, у меня был договор, была запись в трудовой книжке.

— Какая была зарплата? — спрашивает судья.

— Я не помню. Но помню, что зарплата не менялась. Порядка 80 тыс. И еще переработки, ночные смены.

— Как получали зарплату?

— Получал в бухгалтерии. Наличными. Расписывался в ордере. У нас еще были доплаты за работы в ночные смены. Но за все деньги я расписывался. На карту я тогда ничего не получал.

— Кто какие должности занимал?

— Серебренников — худрук, Малобродский — генпродюсер. Итин — гендиректор. С Итиным я не пересекался, работал с Серебренниковым и Малобродским.

— Кого и как вы привлекали для работы?

— Я привлекал технических специалистов — осветителей, звукорежиссеров, гримеров, художников. Договоры с ними заключались от имени компании, директора. Они проходили собеседования, их принимали на работу. Иногда были разовые работы. Грузчики, например. С ними разовые договора заключались.

— Кто проводил собеседование?

— Смотря какой специалист. Если осветитель, то начальник осветительного цеха. Потом было собеседование с Малобродским.

— Вы с исполнительными продюсерами работали?

Свидетель положительно отвечает. Называет кураторов «Платформы», по музыке — Сергей Невский, по театру — Серебренников, по танцу — Опалихина. Говорит, что Серебренников по театру все время был куратором.

11:13. Вторым приглашают в зал Назарова — невысокого мужчину в пиджаке и с крупной серьгой в левом ухе. Олег Назаров работал техническим директором на «Платформе», сейчас работает заведующим художественно-постановочной частью Большого театра.

11:13. Прокурор начинает оглашать показания. Из них следует, что Макаров с неким Иваном учредил фирму «Ист-Вест», но никаких денег от этой компании, по словам Макарова, он не получал. Прокурор спрашивает, подтверждает ли Макаров свои показания. Тот подтверждает.

Карпинская спрашивает, надиктовывал ли следователь Макарову показания. Свидетель говорит, что такого не было.

Судья отпускает свидетеля.

11:10. Серебренников сидит в метре от корреспондента «Ъ». Режиссер — в черной толстовке, на задней стороне которой крупная нашивка c изображением памятника рабочему и колхознице и подписью «Миру — мир!».

11:09. Вопросы свидетелю Макарову задает прокурор.

— Вы были директором «Ист-Веста»?

— Нет

— Какой-либо организации были гендиром?

— Очень давно, в 1990-е.

— В 2000-х?

— Нет.

Затем прокурор говорит, что дальше задавать вопросы Макарову не будет и просит огласить его показания.

— В 2012 году вам предлагали открыть ООО на свое имя? — спрашивает Макарова судья.

— Было такое, — говорит Макаров.— Была совместная деятельность с человеком. Шапочное знакомство было. Иван, кажется, его звали.

— Вы у нотариуса какие-то документы подписывали?

— Да.

— Расскажите, — говорит судья.

— Я открывал предприятие. До 2013 года. Но название его не помню. Открывал для работы, для бизнеса, но ничего не получилось.

— Чем должно было заниматься предприятие?

— Закупка какого-то оборудования и его перепродажа.

— Какое оборудование?

— Я не помню.

Судья вздыхает. У подсудимых нет вопросов, у потерпевшей стороны также нет. Прокурор просит огласить показания, в которых он говорит, что был гендиром «Ист-Веста». Потерпевшая сторона и подсудимые оставляют разрешение ходатайства на усмотрение суда. Адвокат Харитонов выступает против. Он говорит, что если свидетель не помнит, это еще не «существенное противоречие». «У нас некое продолжение следственных действий. Я возражаю», — говорит адвокат Лысенко.

Судья удовлетворяет ходатайство.

11:05. Все готово к началу заседания. Входит судья Менделеева. Проверяется явка: нет прокурора Михаила Резниченко и представителя Минкульта Смирновой. Остальные на месте. Судья постановила продолжить слушания при данной явке. Слушания начинаются. Прокурор говорит, что явились два свидетеля — Макаров и Назаров. Первым приглашают Макарова. В зал входит высокий мужчина в синей куртке с капюшоном — это Михаил Макаров. Он говорит, что работает водителем скорой помощи. Макаров никого их подсудимых не признает. «Я вообще никого не знаю», — говорит он про присутствующих в зале. Говорит, что никого оговаривать не собирается.

10:50. На этаже прокурор появился вместе со свидетелем. Он попросил его остаться в коридоре, а сам прошел в зал. После пустили остальных. Мест едва хватило всем слушателям. Приставам пришлось поставить в зале дополнительную скамейку, которая стояла у стены на входе.

10:43. В толпе у зала вместе с остальными слушателями стоит мать Софьи Апфельбаум. Ее пока тоже не пускают. «Подождите пока», — говорит пристав.

10:42. Участников пригасили в зал. Прошли подсудимые и их защитники. Пристав ждет прокуроров, слушателей не пускает.

10:34. По делу «Седьмой студии» поменяли зал. До этого заседания повторного процесса проходили в зале 333, который закреплен за судьей Анной Соковой. Сегодняшнее заседание пройдет в «родном» зале судьи Олеси Менделеевой — 409, который в три раза меньше 333-го. «Народу мало ходит», — объяснила корреспонденту «Ъ» смену зала судебный пристав. Действительно, на последних заседаниях слушателей было не больше 15 человек.

Фигурантами по делу проходят пять человек. Среди них — режиссер Кирилл Серебренников, директор Российского академического молодежного театра (РАМТ) Софья Апфельбаум, бывший директор «Гоголь-центра» Алексей Малобродский, экс-гендиректор «Седьмой студии» Юрий Итин и продюсер Екатерина Воронова (находится в международном розыске). Их обвиняют в хищении не менее 133 млн руб., выделенных на проект «Платформа» с 2011 года по 2014 годы. Все фигуранты отрицают вину.

News.Digest.Zone

Ещё по теме "В России"

Все последние новости