Проект остановлен. Ищем спонсоров и авторов! Писать на news@digest.zone

В России

Сменщица Нины Масляевой выступит в суде по делу «Седьмой студии»

Сменщица Нины Масляевой выступит в суде по делу «Седьмой студии»

В Мещанском суде Москвы 22 ноября проходит 15-е заседание по делу «Седьмой студии». На прошлых заседаниях показания дали бухгалтеры Нина Масляева и Лариса Войкина, а также обнальщики и сотрудники Минкульта. В показаниях почти всех из них гособвинение усматривало «существенные противоречия» с тем, что они говорили в кабинете следователя, и зачитывало протоколы тех показаний. Сегодня, как ожидается, выступят еще несколько свидетелей обвинения, в том числе Татьяна Жирикова, ставшая бухгалтером «Седьмой студии» после увольнения Нины Масляевой.

13:04. — Как поступали деньги не в официальную кассу?

— Со слов Войкиной, Вороновой, Луниной: их привозила Масляева. Она сказала, что не занимается бухгалтерией, занимается только банком, обналичивает и привозит деньги. Была еще Филимонова, которая сидела на «Винзаводе». Сказали, что Филимонова занималась непосредственно работой бухгалтерией.

— Кто, кроме Масляевой?

— Я, кроме Масляевой, не слышала никого.

— Вы от какой организации действовали?

— «Финоплюс».

— Сколько всего поступило бюджетных денег «Седьмой студии»?

 — В 2011 году — 10 миллионов. В 2012—2013 годах — по 70 миллионов. В 2014 году — 66,5 миллионов рублей.

— За сколько «Седьмая студия» отчиталась фактически?

— В процессе восстановления я анализировала и проверяла 2014 год. За 2014 год я точно отвечу, что при сверке… Была какая задача? Нужно было сделать отчет и отражать по каждому мероприятию, чем подтверждаются затраты. Я заново разносила бухучет. Я потом сверяла с отчетом, который был сделан. Попадались моменты, что, например, «Кино и театр» — эти деньги были отражены, потом они пришли на возврат. Но отчет так и ушел в Минкульт (без указания возврата денег). Был случай, когда одна платежка фигурировала в разных проектах. Я специально проверяла, может, ее дробили. Но нет, сумма полностью относилась на один проект. Это примерно 200−300 тысяч. Масляева уже ушла в октябре. Без меня сдавался промежуточный отчет по первому и второму финансированию (в 2014 году) Воронова меня попросила доделать отчет из того, что они перечисляли на проекты. Дальше Воронова делала творческий отчет, плюс этот финансовый они отвозили в Минкульт.

— В итоге сумма за 2014 год соответствовала? — спрашивает судья.

— Она, конечно, соответствовала. Но были эти нарушения. Мы сказали, и предложили выровнять ситуацию. Но, со слов Луниной, было сказано, что не нужно было это делать. В таком виде ушел отчет за 2014 год.

— А за прошлые года?

— Были аналогичные (недочеты. — «Ъ»).

13:02. — Какой объем документов вам был предоставлен? — спрашивает прокурор Лавров.

— По банку я сличала контрагентов, сличала суммы, делала выверку на конец каждого дня. Изначально нужно было четко выверить банк, чтобы контрагенты были четко указаны по оплате. Было два банка — Альфа-банк и ББР-банк. В основном по банку было разнесено все правильно, была аналитика по разноске взаиморасчетов с контрагентами, — говорит свидетель Жирикова.

— По контрагентам. Можно было сделать вывод, реально велась деятельности или нет?

— Да, я делала такой вывод.

— Были такие, с кем «Седьмая студия» хозяйственную деятельность не вела?

— Чтобы доказать, что не вела… Я видела однотипность договоров. Было видно по оформленным первичным документам, что — это я как бухгалтер говорю — было ясно, где реально поставщик услуг, где был банно-прачечный комбинат.

— Как вам было это ясно? — спрашивает судья.

— Во-первых, оформление договоров. Акт мог закрываться другой суммой, НДС был вообще в другом месте. Акт с «Ромашкой», печать — «Василька». Акт закрывался формально, общей фразой. Суммы были прописаны с ошибками. При анализе этих договоров не возможно было поставить на баланс то имущество, которое (проходило по ним. — «Ъ»).

— Однотипность договоров. Что это такое? — спрашивает судья.

— За основу взята рыба, в ней меняется название организации, лицо, от которого подписывается договор, и дальше предмет договора. Все было по одному и тому же сценарию. Менялась только тематика, услуги предоставления и контрагенты. Потому что когда я стала работать, были декорации на «Обыкновенную историю», там была спецификация, были чертежи, была грамотно составлена первичная документация, и ее можно было поставить на баланс. Из этого было понятно, что реально производится, что нет.

Далее Жирикова вспоминает, что руководству говорилось, что тем договорам невозможно что-либо поставить на баланс, поэтому она смотрела тематику договоров, восстанавливала их. По ее словам, у «Седьмой студии» была еще неофициальная касса, где была наличность, за нее отвечала Лариса Войкина. «Я видела, как приходили люди, передавали деньги, расписывались в (бумагах получения. — «Ъ»). Но (эти деньги. — «Ъ») в официальном отчете не отражались», — говорит Жирикова.

— Почему не отражались?

— Лунина была моим руководителем. Все вопросы я ставила перед ней. Она выносила эти вопросу руководству. Вся первичка, которая у них была, как ее можно было совместить. Мы требовали сметы, но, со слов Луниной, она ставила задачу перед руководством, чтобы были предоставлены сметы, но ни по одному соглашению нам эти сметы не были предоставлены.

— Вы сможете назвать организации, с которыми договоры были, но хоздеятельность не велась?

— Синельников, «Кино и театр» (всего два договора, по одному они сделали возврат денег). Если вы назовет мне компании, я смогу подтвердить или нет.

12:31. В зал входит полная женщина с короткой стрижкой. Ее первые слова: «А можно куда-нибудь вещи положить?»

Это Татьяна Жирикова. Адвокат Ксения Карпинская забирает у нее куртку и кладет на стул за своей спиной. Жирикова встает за судебную кафедру. Говорит, что сейчас нигде не работает, пенсионерка. Далее Жирикова говорит, что по работе общалась с Юрием Итиным, Кирилла Серебренникова видела на «Платформе», но не общалась, общалась только с его помощницей. Софью Апфельбаум и Алексея Малобродского она знает только по уголовному делу, с ними не работала. Далее вопросы Жириковой задает прокурор Олег Лавров.

По словам Жириковой, с Екатериной Вороновой работал менеджер, этот менеджер вышел на Лунину. Этот же менеджер решал все вопросы с руководством, говорит Жирикова.

— Как оплачивалась ваша работа и работа Луниной?

— Был договор на обслуживание. По безналичному расчету перечислялись деньги с расчетного счета «Седьмой студии».

— Как долго вы восстанавливали бухгалтерию «Седьмой студии»?

Когда в августе 2014 года ко мне обратились, я уже банк проверяла, с 2011 по 2014 год. Потом мне была поставлена задача (Лунина разделила этапы работы и объемы работы. — «Ъ»), мне нужно было сделать корректировочную отчетность по фонду оплаты труда, валютный счет. И я полностью занималась 2014 годом.

12:20. Входит судья Олеся Менделеева. Заседание начинается. Прокурор Михаил Резниченко говорит, что пришла свидетель Татьяна Жирикова. Ее приглашают в зал.

12:18. Все готово к началу заседания. Сегодня участники в полном составе. В зале 16 слушателей. Они еле уместились на двух больших и одной маленькой лавках.

12:05. Сегодня заседание назначено на 12:00. Когда корреспондент «Ъ» за 10 минут до начала подошел к залу 409, у него уже стояла Татьяна Жирикова. Она стала бухгалтером «Седьмой студии», когда после аудита в 2014 году с этой должности уволили Нину Масляеву. Ровно в 12:00 участников пригласили в зал.

Фигурантами по делу проходят пять человек. Среди них — режиссер Кирилл Серебренников, директор Российского академического молодежного театра (РАМТ) Софья Апфельбаум, бывший директор «Гоголь-центра» Алексей Малобродский, экс-гендиректор «Седьмой студии» Юрий Итин и продюсер Екатерина Воронова (находится в международном розыске). Их обвиняют в хищении не менее 133 млн руб., выделенных на проект «Платформа» с 2011 года по 2014 годы. Все фигуранты отрицают вину.

News.Digest.Zone

Ещё по теме "В России"

Все последние новости